Журнал закрыт

Всвязи с гибелью личности автора.
Несмотря на то, что я унаследовал его тело и часть памяти, идейным правопреемником автора я не являюсь. Определенной долей его опыта, в том числе в области интересовавшего его мистицизма, я не обладаю, и эта тема не является моим первостепенным интересом.
После обдумывания я решил не удалять журнал только по той причине, что автор считал, что журнал может кому-то помочь. От уведомлений о комментариях я отписался. В журнал больше заглядывать не буду, разлогинившись из аккаунта.

18.08.2016 / Завершение метафизики

Сегодня случился огромный прорыв в моих попытках интерпретации мною мистического откровения. Последние месяцы я занимался ежедневной напряженной работой в изматывающих тщаниях интерпретировать этот опыт, обращаясь к накопленному мною пониманию результатов науки и философии. Увы, я столкнулся с откровенной фрагментарностью философских интерпретаций, обрезанностью теорий, противоречивостью их друг другу. При этом некая иерархичность в достоверности этих теорий вырисовывалась. Речь не о локальной достоверности отдельных ключевых вопросов бытия, таких как трудная проблема сознания, парадокс Ферми или вопросы живого-неживого. Речь о достоверности некоей общей метафизики, решающей сразу и все. Я столкнулся с жестокой фрустрацией и страданием в попытке преодолеть кажущиеся непреодолимыми барьеры в трактовке моего мистического опыта на базе доступной мне иерархии философских теорий и их отражения в науке. При этом я прекрасно понимал, что метафизика - лишь отражений стадиальности пути. Например, согласно известному 4-стадийной последовательности, которой соответствуют разные метафизики: (1)есть объект, нет субъекта; (2)есть субъект, нет объекта; (3)нет объекта, нет субъекта; (4) есть объект, есть субъект. В моей жизни я прошел становление стадии (1), которой соответствует резкий псевдонаучный материализм, ее крах, переход к стадии (2). На самом деле, было кружение, чередование этих стадий, но с постепенным отмирание (1) и переходом к (2). И наконец, началось становление стадии (3). В попытках вырастания во мне этой метафизики я наворотил много интересного - увидел в развитии естествознания 20 века переход от господствующего материализма к нейтральному монизму, вытянул много материала из текстов мистиков как современных, так и давних, перевертел в голове все мыслимые философские теории. И наконец, сегодня, в очередном опроисходящем в моем уме процессе после столкновения с позицией христианского реализма (это мое определение, не знаю, насколько оно корректно), я завершил построение основ метафизики стадии (3) и ко мне пришло понимание этой стадии. Это был и есть и в настоящий момент удивительный опыт, преобразивший мир вокруг меня. В настоящий момент непосредственно переживаемые мною переживания велики и отчетливы. Они похожи на части некоторых испытанных мною в прошлом состояний измененного сознания. Все это прекрасно. Я снял с души огромный груз и обрел покой понимания.
Что же до дарованного мне Богом открытия, то я могу изложить и его и суть завершившей формироваться метафизики. Начну с метафизики.

Важнейшим моментом формирования философии и более широко метафизики является основание, начало их. В моей метафизике это Бог. И концепция последовательного отделения от него сущностей-сфер как концентрических кругов от центра. В основании моей текущей философии лежит концепция нейтрального монизма - первоприроды, которая обуславливает бытие. Этот океан первоприроды можно сопоставить одной из сфер, находящихся на удалении в сколько-то сфер от Бога. Первоприрода разделена в свою очередь - возможно, что речь про подобие или отражение или прямое воспроизведение принципа разделения одной сферы от другой. Разделение нейтрально-монистической первоприроды на две части плюс точка фокуса их соприкосновения (точка сборки у Кастанеды) дает возможность бытию - всему миру вокруг нас и возможности существования мира той или иной реальности. Существование мира означает персональное существование человека. Плюс все миротворение. Все вместе это называется бытие. Со стороны одной части разделенной нейтрально-монистической первоприроды, которую можно назвать объективной, приходят воздействия этой части первоприроды, которые явлены в точку соприкосновения сфер как квалиа. Со стороны другой части разделенной первоприроды, которую можно назвать субъективной, приходят воздействия, которые явлены в точку соприкосновения сфер как идеи. В точке соприкосновения сфер рождается мир, который включает в себя все, что человек считает внутренним и внешним. И квалиа объектов и идеи субъекта рождены воздействиями первоприроды, которая пустотна. Но почему тогда я говорю, что порождающие квалиа материальные объекты и порождающие идеи духовная область - суть одно? Что их роднит? В этом суть случившегося сегодня завершения метафизики и моего сегодняшнего открытия. Роднит их пустотность первоприроды, но заключенность в этой пустотности структуры. Эту пустотность первоприроды и заключенность в ней структуры я узрел сегодня. Наличие структуры характерно и для мира мышления, порождающего идеи, и для мира материи, порождающего квалиа. Более того, состояния депривации от внешних воздействий, такие как сон, могут порождать квалиа. И мышление может рождать квалиа. Более того, в точке соприкосновения частей разделенной первоприроды, в которой существует человек и в которой рождается мир, происходят сложные процессы перетекания форм квалиа и идей, происходят все сферы формирования иллюзии материального мира и иллюзии субъекта. Спиралью там переплетается духовное и материальное. Там выделяются любые объекты материального мира. Все люди современности могут незаметным для себя, но огромным на деле трудом сформировать стол из набора тех воздействий, которые присылает в точку формирования мира мир мышления и мир материи, оба которые имеют одну пустотную, имеющую структуру первоприроду. Люди поизощреннее могут сформировать не только стол, но, например, и электро-магнитное поле. Которое даже ближе по иерархии иллюзорности к основаниям природы, чем стол. Оно больше напоминает пространство и те сущности, которые отделились от Бога, в том числе пустотную первоприроду. Можно вспомнить и физический уровень, на который пустотность проецируется как вакуум, порождающий частицы, заполненный энергией. О принципе подобия я еще скажу чуть позже. А сейчас о пустотной природе первоприроды (извините за тавтологичную форму). Человек не терпит пустоты. Он готов заполнить все чем-то. Вот уже в современной физике и пространство не пустота, а что-то типа поля. Невероятно трудным яввляется попытка усмотрения пустотности первоприроды. И тем не менее она пустотна! В ней как в пустоте висит структура. На физическом плане структура - это так называемые законы природы и физические константы. На плане мышления - это механизмы мышления человека, такие как разделение на дихотомии и многие другие. Кстати, они чертовски плохо изучены и представлены в современной науке, материализм прошлых веков дал физику. Там, где формируется мир, происходит опять же концентрическая реализация (от слова реализм) мира и человека. От размытого во внешней сфере до более реального в более центральных. Это отражается на разные планы, которым соответствуют разные углы рассмотрения мира и человека. Все пронизано принципом подобия. Например, эпистемология сознания у Ревонсуо таков: внешняя сфера - феноменальное сознание, более внутренняя - сознание внимание, рефлексивное сознание. Что в рефлексивном сознании - то более реально. На самом деле там можно навернуть намного больше таких концентрических сфер, чем только феноменальное и рефлексивное сознание. В зависимости от философской позиции там можно договориться до того, что вокруг сферы феноменального сознания - сферы формирующегося мира, а внутри рефлексивное сознание и сознание внимания - тоже разные сферы и кроме них еще в центре будет.
И наконец, еще один важнейший закон метафизики. Который просто переворачивает все, усложняет картину. Точка сборки - на которой соприкасаются объективная и субъективная сферы может изменять положение. Изменение положения изменяет вовлеченность в формирование мира как структур субъекта, так и структур объекта. Рождается новый мир. В рамках жизни почти невозможно стабильно сдвинуть точку сборки. Изменения носят косметический характер, но иногда и этого хватит, чтобы создать весьма разные миры - например мир человека раннего средневековья будет отличаться от мира современного человека или человека, жившего 50 000 лет назад. Мир слепого будет отличаться от мира зрячего, а мир оптимиста - от мира пессимиста. Разумеется, возможны и небанальные существенные передвижения точки сборки. Это уникальные, единичные практики в ходе жизни, почти никто из людей этого не переживали. Но все переживут момент смерти и полное переформатирование реальности, которое будет сопровождать его. Для многих неготовых это будет шокирующим сюрпризом. Объективная и субъективная части первоприроды бесконечны. Число положений их соприкосновения (точки сборки) - бесконечно. В каждом из них будет рождаться свой мир и достигать своих вершин реальности. Эта реальность иллюзорна. Иллюзорны как представления о внешнем, материальном мире, так и о внутреннем, ментальном мире, который человек считает собой. Природы обоих миров пустотна. От их соприкосновения рождается мир, который воспринимается как реальный, но который иллюзорен. Его реальность иллюзорна. Иллюзорны представления о мире вокруг человека, иллюзорны представления о мире внутри человека. Но в этой бесконечности положений точки сборки есть одна тоненькая линия, бесконечно малой ширины, которая ведет к Богу. Это положение точки сборки открывает путь к формированию истинного мира минимальной неиллюзорности. Чем ближе положения точки сборки к этому единственному положению, тем менее иллюзорны формируемые миры.
На этом я завершаю формирование метафизики этапа пути (3). Согласно карте пути впереди должен быть этап (4). Я не имею ни малейшего представления ни о каких зачатках формирования метафизики (4). В только что узрел пустотность мира вокруг и пустотность меня самого. Я вполне допускаю, что я нисколько не приближусь к этапу (4) в ходе жизни, поскольку достижение этапа (3) потребовало положить на алтарь всю мою жизнь, да и то только Божье провидение дало возможность достичь этого. В этом нет ничего тщеславного, поскольку тут некому гордиться, гордящаяся пустота - это смешно. Тут есть только провидение Бога, которое дало мне благо оттачивать свои ежедневные труды через соприкосновение с миром и мышлением других людей через книги и общение в интернете.

Есть ли оно?

Интересная, на самом деле, тема этих разговоров.
http://elijah-svit.livejournal.com/9836.html
Несмотря на то, что, за редким исключением, тематика и атмосфера этого блога - мистицизм, по количеству прочитанных книг лично я прочитал больше книг на темы физики - космология, астрономия, азы и история физики, чем книг по гуманитарным дисциплинам (за исключением истории, тут физика остается далеко позади). То есть я активно погружен в контекст физики, слежу и понимаю контекст новостей в области физики и космологии, слежу за результатами на Большом Адронном Коллайдере, способен самостоятельно оценивать их, как они сказываются на подтверждении или опровержении суперсимметрии или других теорий новой физики, как развивается "старая физика" - копание в уравнениях ОТО и метриках ОТО (слежу за текущим бурлением вокруг антигравитации Горькавого, как и за всей космологической эмпирикой по наблюдениям за расширением вселенной), надстроенном выше уровнем космологических теорий, которые стоят на фундаменте ОТО. Все это представляет для меня знакомый до боли общефизический контекст, на понимание которого я потратил годы. Иногда даже заплываю в arxiv, чтобы посмотреть, что сваливается в него по отдельным интересующим меня темам.
Физическое естествознание никогда не было для меня какой-то абстракцией. Напротив, я считаю эту область знания живой и отражающей ключевые тонкие моменты бытия. Более того, я считаю, что при углубленном и длительном сосредоточении на физических вопросах возможно проникновение, прикосновение через денотат математики и условных схем в первоприродную сущность того, что стоит за ними. Я никогда не считал абстракцией, ложью построения физики. Всегда они были для меня более реальны, чем наивный реализм вещей вокруг меня. В то же время я являюсь категорическим отрицателем грубого материализма. Его я безоговорочно считаю явным лжеучением и заблуждением. В своих поисках в мистицизме, естествознании и философии я обнаружил некую тенденцию современности, которая ведет развитие науки, философии и мистицизма и уводит их от того безоговорочного материализма, который господствовал 300 лет назад и который я считаю лжеучением и заблуждением. Я вижу, как эта волна идет по миру и изменяет развитие науки, философии, мистицизма. Я пришел к (текущему, в виде гипотезы) выводу, что это движение от материализма к нейтральному монизму. В то же время я знаю, что некоторые считают это движение - изменением материализма или даже усилением материализма, его распространением за пределы ареала изначального материализма, то есть становлением гиперматериализма.
Я допускаю такую возможность, если в основаниях моей философской оценки присутствует какое-то непонимание, закрытость от знания, просто недоученность вопроса. Но вот какие доводы против гипотезы становления гиперматериализма я могу привести. Во-первых, разделяемое мною и нащупанное мною в мире мировоззрение не отрицает всех аспектов идеализма - феноменальность, квалиа, отсутствие законов грубого материализма. Во-вторых, хочу обратить внимание на такую интересную особенность вышеприведенного диалога. Мой собеседник сделал предположение о том, как я себе представляю электромагнитное поле - в виде ли крестиков, силовых линий? Признаться, меня удивило и немного ошеломило такое предположение. Ведь явным образом так представлять себе поле невозможно. Так можно представлять себе только топологию поля, в лучшем случае эти образы касаются только символа поля, но не его сущности. Сущность же поля формируется длительным изучением и работой по постижению поля в рамках физики и философии физики. И возможное для открытия представление о поле носит не характер символов или графических образов, а скорее характер настроения. Это феноменальное чувство, которое рождается при мысли о поле. Я подчеркиваю феноменальный характер этого чувства и предполагаю, что он лежит глубже, чем выстраиваемая на нем графическая символика. Более того, я считаю, что то, что образует сугубо ментальные концепты, идеи, образы является такой же надстройкой над лежащей глубже феноменальностью, которая лежит, как в случае прикосновения к сущности поля, под таким материальным объектом как электромагнитное поле. Разумеется, я понимаю уязвимость этой позиции и возможное сведение той обнаруживаемой феноменальности при мышлении о поле, которое лежит глубже символьного представления поля, к действию на мое сознание символьных представлений, то есть как бы получается обманка, обратное действие, известные и усвоеные символьные представления создают иллюзию некоей более глубокой феноменальности. Это вопрос, который требует дальнейшего изучения.
А как Вы считаете, происходит ли в мире движение от материализма к нейтральному монизму, который уравнивает в некоей первопричинной природе материальное и духовно-ментальное? Или тут обманка и в основе коварная материя, которая распространяется на те сферы, которые ранее материализм просто игнорировал? В последнем случае я и те, кто разделяет это мировоззрение, словно находятся в ловушке материализма и не способны в принципе представить себе что-то духовное, это вне нашего поля представлений. Интроспектируя и в моем аскетическом образе жизни оценивая вкус той феноменальности, что я обнаруживаю внутри меня, я считаю последний вариант сомнительным.

Читая Ревонсуо / Старые песни о главном

Читал Ревонсуо (Антти Ревонсуо "Психология сознания" (2013), перевод "Consciousness: The Science of Subjectivity" (2010)), о книге подробнее напишу следующим постом, вкратце - это обзор современного состояния науки о сознании от ведущего современного исследователя.
Но вот что бросилось в глаза. Ревонсуо ведет обзор широкого спектра современных философских теорий сознания. Имена всем известные: Деннетт, Серль, Метцингер, гуссерлианцы, Чалмерс, Лехар, Ное, Велманс. Часто не в первоисточниках, в кратких выжимках многие, я в том числе, некоторое это читали. Интересно, когда читаешь такой широкий обзор под одной обложкой в формате учебника для студентов - несколько страниц на изложение философской концепции. Они в устах Ревонсуо производят следующее впечатление - палка-палка, человечек, такие-то такие-то проблемы. Видно, как научная методология ограничивает людей в плане мышления. Это и не хорошо и не плохо. Это твердое основание, с одной стороны. Твердо стоишь на некоем философском базисе примитивной теории. С другой стороны, прыгнуть с него не получается. Это интересно изучать, уже зная сложность мистического контекста, будучи в теме, понимая, какой сложности концепции ходят там. И опять же снова и снова начинаешь с каким-то трепетом относиться к персоналиям мистицизма. Как можно было десятилетия назад, ориентируясь на скупое по содержанию гуссерлианство плюс на широкие знания восточного мистицзма разных школ выписывать такие сложные концепты, как это делал Кастанеда?
Вот Ревонсуо пеняет Вареле и гуссерлианцам, что те не локализуют феноменальный мир в мозге. Дальше, предъявляя тот же укор Велмансу (его я еще не читал), он говорит: "Велманс (2009) отклоняет идею о том, что феноменальный мир расположен в мозге, ведь это привело бы нас к выводу о том, что реальный мир должен находиться где-то за рамками мира, который мы переживаем". И дальше рассказ выворачивает на Метцингера и Лехара. То есть с одной стороны некая феноменальность вне мозга, с другой стороны - виртуальная реальность феноменальности в мозге и отсутствие контакта с реальным миром.
Я напомню, что за полвека до Ревонсуо, Метцингера, Лехара и Велманса гуссерлианец Кастанеда опирался на буддийский тезис "Все есть ум". Написанное Кастанедой можно трактовать (ну, если я на 100% не вчитал это в Кастанеду, мне уже говорили, что я придумал все, что приписываю Кастанеде), что да, все есть ум, в том смысле, что все - в уме. В этом плане буддизм в трактовке Кастанеды на полвека (а собственно буддизм - на тысячи лет) опережает Метцингера с его теорией туннеля эго, которую Ревонсуо называет сложной для понимания. Разумеется, для уровня мистицизма - это легкая теория, дрова. Потому что в современном мистицизме, который выражал Кастанеда, есть продолжение этой истории - "но причина этого ума вне его", коцепция пузыря восприятия и разрыва этого пузыря с выходом вовне (и с целым ворохом технологий для этого, стадия работы с телом сновидения, создание энергетического тела, дубль-другой), вот этот выход вовне осуществляется в реальный феноменальный мир, который находится за стенкой виртуального туннеля эго Метцингера. И это, кстати, объединяет концепции гуссерлианцев и Метцингера-Лехара. Это показывает то, что научные теории сознания - словно кирпичики в картине реальности, которая должна состыковать эти кирпичики, объединить их. Мне кажется, я обнаружил в мистицизме Кастанеды философию нейтрального монизма, которая может попытаться делать это. На ее развитие уйдут годы. А пока буду углублять свое понимание научно-философских кирпичиков для более масштабного мистического полотна. Может это откроет нестыковки, заблуждения в моем мышлении. Мне не жалко потраченного времени. Написать что-то простое и стать очередным Лехаром, с изумлением переоткрывающим из тысячелетия в тысячелетие одни и те же всем известные истины, мне не интересно. Меня не радуют расплывчатые односложные формулировки о вселенной, которая осознает себя, повторяющиеся от одного околонаучного автора до другого. Я помню изощренную концепцию точки сборки Кастанеды, которая создает реальный мир материи и квалиа на стыке внутренних и внешних эманаций нейтрально-монистической природы. Причем условие разделения изначальной природы на внешнее и внутреннее - необходимое условие для возможности бытия и творения реального мира. Я помню изощренную сложность концепций тоналя и нагваля и тоналя, который творит ложные пары тональ-нагваль внутри себя. Вот такой сложности формулировки меня радуют. Кирпичики философии и науки тоже радуют. (А уж как порадовал Лехар, в начале 21 века открывший "все есть ум", даже без второй части этой фразы.) Но это только материал для работы. На что-то цельное они не тянут.

PS
По Лехару даже комикс есть. Я год назад читал. Реально, про то, как человек в очередной раз с умилительным (я, кстати, без тени сарказма и негатива, с симпатией к нему) ошеломлением в тысячный в истории раз переоткрывает одну из всем известных истин бытия.

Разговоры на тему прошлого поста

В первую очередь, я должен сказать, что к моим оппонентам в разговорах на тему моего прошлого поста я отношусь с большим почтением. Общение в сети с ними уже много лет - повод для огромного, непрерывного объема размышлений, ежедневных раздумий.

Итак, каковы основания изменений в мире в мистицизме, культуре и естествознании в последние сто с чем-то лет? Развитием, трансформацией (или возвращением) какой философии они происходят?
Как зачин для разговора - видение определенного ветра времени, который отражается на разных (порой пересекающихся) полях деятельности людей. Он изменяет культуру, лежащие в тени мистические доктрины, огромную область современности, которой является наука. Для участников процесса, находящихся внутри этого потока, порой трудно посмотреть на себя со стороны, увидеть, что происходит, им как-раз это труднее, чем, если находиться несколько вне этого потока.
Вот разговоры. Я полагаю, что происходящее - это процесс прихода в мир (вернее, возвращения к очень древним истокам) нейтрального монизма. Мои оппоненты убеждены, что это развитие материализма. Это разговор с учетом текущего понимания вопроса его участниками, с пониманием возможного непонимания чего-то, более того, возможной закрытости участников для целых пластов осмысления, сущностей, самих оснований философии. По крайней мере я, весьма знакомый в жизни в прошлом с измененными состояниями сознания, психопатологиями, прекрасно понимаю всю хрупкость возможности понимания и широкое поле возможностей для иллюзий понимания и невидения банальных вещей - так устроен человек, он способен не понимать очевидное, оно может быть полностью закрыто от него. Я отдаю себе отчет в возможном текущем моем непонимании оснований философии. Отчего этот разговор с оппонентами для меня ценен и важен.

http://ivanov-p.livejournal.com/91222.html
http://ivanov-petrov.livejournal.com/1997174.html?thread=110455670#t110455670
http://ivanov-petrov.livejournal.com/1997017.html?thread=110455001#t110455001

PS
И немного в заключение. Еще более вольный мысли от меня.
Мне кажется, европейская мысль очень, просто крайне сконцентрирована на основаниях философии. (Я не даю оценок, не говорю сейчас, хорошо это или плохо.) Она строит направление познания от этого начала. Однако тут надо понимать, что даже философские основания - и их филогенез и их онтогенез подвержены изменениям.
Есть известный шаблон-схема пути, состоящего из 4-х ступеней достижения практики. Интерпретаций и версий этой схемы много. Есть и такая:
0 (до начала пути): Есть объект, есть субъект.
1: Нет субъекта, есть объект.
2: Нет объекта, есть субъект.
3: Есть субъект, есть объект.
Разумеется, стадия 3 не равна стадии 0. Не "утки летят", а "утки летят".

Две культуры

Я часто встречаю в сети приводящие меня в недоумение утверждения со стороны кругов, близких к современному пониманию христианства, странным для меня образом определяющие место некоторых известных фигур 20 века. Эти утверждения принадлежат разным людям, зачастую противоречат в чем-то друг другу, но общую структуру, направление мысли в них можно вычленить. Это обвинение в безбожии и материализме. Часто упоминается фамилия Лавкрафта как образца атеистического безбожия и материализма. Иногда в один ряд с ним ставят Кастанеду (я понимаю, по каким эстетическим признакам их можно поставить в один ряд, но считаю эти признаки столь второстепенными относительно других качеств этих людей, что Лавкрафт и Кастанеда в моем воображении не находятся где-то хоть сколько-то рядом) прямо так и пишут - "Кастанеда и Лавкрафт". Ну, понятно, какие-то попытки движения мысли, предпринятые Юнгом и пр. встречаются теми же современнохристианскими (возможно, тут сознательно делаю заход на некое противопоставление современного понимания христианства тому, каким оно было в 1 в. н.э.) так же негативно - "безбожие", "бездна материализма". На десерт совсем уж прекрасные изыски от знатоков философии, называющих традиционные индийские философии материалистическими. Все это приводило меня всегда в состояние ошеломленного недоумения.
После многократных размышлений на эту тему я пришел к такой попытке понимания хода мысли этих людей. Существует (и я это тоже признаю) некий поворотный водораздел в истории богоискания, заключавшийся в миссии Христа 2000 лет назад. Он разделил историю на до и после. До - неоплатонизм, из которого, вообще-то, проект ессеев и вышел, вместе с неоплатонизмом и другие традиционные философии - индийские, например. И после Христа - некое изменение. Как говорит Смулянский: "Иисус принес в средиземноморский мир реальность". Первые века после Христа продолжают существовать параллельные христианству направления иудейского мистицизма, развитие неоплатонизма, гностицизм, но вскоре они оказываются решительно задвинуты на периферию, причем на самом государственном уровне. Дальше их судьба - тление в тенях. Ярко живет только каноническое христианство.
Христианство - удивительная религия спасения всем, даром. В этом суть миссии Христа. Отныне каждый человек - с самого начала с Богом, в мире Бога, его жизнь, сама ее рутина наполнены Божественным присутствием. И тут проявляется удивительное единение противоположных тенденций. С одной стороны христианство - это религия, которая заявляет единственно важным для человека духовную жизнь, а не земную, с другой стороны именно христианство удивительным образом способствует прогрессу материальной культуры европейской цивилизации. Это неудивительно, я подчеркну еще раз важный аспект христианства - оно есть религия о присутствии Бога уже тут, в земной жизни, и о пути к Богу через земную жизнь. В этом ключевое отличие от мистических течений и, рискну заявить, от того, что было до поворотной точки миссии Христа. Отсюда проистекает непонимание современными христианами тех течений, которые в 20 веке несколько вышли из тени и актуализировались в виде проектов переоткрытия раннего христианства, гностицизма, в мистическом переосмыслении, синтезе и развитии восточных и западных мистических направлений. Я говорил и продолжу говорить, что Юнг, Гуссерль, Кастанеда - это попытки переоткрытия Бога из точки (простите за каламбурное использование не по назначению термина еще одного мыслителя 20 века) здесь и сейчас. Из того момента эволюции души челочека и мира, который наблюдается в 20 веке. Честное, с азов переоткрытие, потому что старые лекала больше не работают. И, конечно, из тени вышла тлеющая два тысячелетия традиция, восходящая к дохриситанскому неоплатонизму. Современные христиане обвиняют ее в материализме. Но это не материализм. Это имеющий корни и в восточных религиях и в западном мистицизме объединение идеализма и материализма в нечто третье. Это разговоры о единстве объекта и субъекта как о проявлении чего-то третьего, о психическом и материальном как о проявлении чего-то третьего. Это находящие много общего с философскими интерпретациями квантовой механики и космологии представления о мире, как об океане энергии, в котором то, что материалистам кажется единественно существующим материальным миром, на самом деле является пленкой на его поверхности - иллюзорной актуилизацией того, что кажется материей, пространством, временем - все оно высекается в результате рецепции из океана, в котором существуют все возможности, все моменты времени и места в пространстве, оно оформляется следующими после рецепции эпистемологическими узлами в материю, пространство, ход времени. Какой же это материализм? Где тут материализм? Да, тут есть идея некоей отделенности от Бога, непронизанности земного мира Богом и пути к Богу не через земную жизнь. Тут есть нечто, отличное от парадоксального христианского единства противоположных идей первенства неземной духовной жизни и в то же время сосредоточения христианского общества на строительстве материального мира. И этот выход за эту дилемму - это неоплатонический, гностический выход в космологию отделений от Бога концентрических кругов, эонов, планов бытия. В такой космологии действительно земной мир может не быть пронизан Богом, но Бог есть, где-то, далеко, к нему надо стремиться. В такой космологии человек слаб и почти беззащитен перед ветрами страшной вселенной, но она может быть освещена откуда-то извне Божественным светом. Более того, раз, в отличие от христианства, спасение не дано даром всем, то надо прилагать большие усилия в поиске пути к Богу, в мистическом поиске, и опираться в этом поиске возможно не на земной опыт и не земные пути. В условиях заброшенности Богом, отделенности от него космическими безднами, когда миссия Христа - лишь надежда, но не данность, тут место для честного переоткрытия Бога, для честной феноменологии, для любых инструментов в поиске Бога - в том числе научных, с пониманием материального мира как пленки на той огромной подоплеке, частными проявлениями которого являются материальное, психическое и другое.
Какой же это материализм? Какой же это атеизм? Герои Лавкрафта (например из The Dream Cycle) путешествуют во взаимопроникающих мирах материального и духовного, пытаются нащупать тропинку к тем основаниям в себе и в мире, которые связывают их с Богом. Более того, в финале The Dream-Quest of Unknown Kadath в космических ужасных безднах Демиурга к герою приходит спасение, основанное на памяти детства. Это явное проявление миссии Христа не как данного всем и навсегда спасения даром, а как лучика, изредка освещающего темную вселенную младшего Демиурга. Я сильно сомневаюсь, что этот взгляд на мир можно назвать атеистичным и материалистичным. Материализм и сопутствующий ему атеизм признают материальное единственно существующим, а психическое - как проявление разновидности материального (идеи психических полей). Ничего такого я не вижу ни в древнеиндийских философиях, ни у Кастанеды, ни даже у Лавкрафта с его рассказами о сновидцах.
20 век ознаменовался ренессансом культуры мистических, гностических течений, которые некогда были почти уничтожены каноническим христианством. Обвинять их в материализме - смешно, в безбожии - нелепо. Я никогда не понимал этой агрессивности некоторых представителей христианства к другим формам богоискания. В последнее время я интересуюсь материальным наследием христианства, посещаю памятники средневековой христианской архитектуры, я не вижу в себе никаких оснований для нападок на христианство, мне интересна эта вторая (относительно моей, гностической) культура. Но почему-то со стороны христианства часто было вытеснение альтернативной формы мысли, альтернативной формы духовной жизни. Сейчас это проявляется в непонятных, нелепых обвинениях в безбожии и материализме. А когда-то христиане убивали, преследовали, был 4-й век и рукописи зарывали в землю, а потом были альбигойские крестовые походы. А ведь альбигойцы даже не были еретиками.
http://elijah-svit.livejournal.com/7118.html?thread=12238#t12238
Я рад, когда можно встретить таких христианЮ, как по вышеприведенной ссылке, которые скорее найдут возможность не относиться к альбигойцам враждебно, чем будут оголтело обвинять другую культуру богоискания в безбожии, атеизме, материализме, ереси.

Сергей Щеглов, Михаил Хазин "Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите"

Блог писателя и независимого исследователя Сергея Щеглова (schegloff) я читаю уже много лет. На первый взгляд, это может показаться странным, ведь, открыв его блог, сходу там не обнаружишь ни вязкого растекания по древу мистицизма, ни многостраничных постов в духе гносеологической философии. Однако есть кое-что, что объединяет меня с этим писателем и исследователем. А именно, стремление забраться под покров обыденности, который скрывает под известным многим известное немногим (и зачастую скрываемое от многих). В последние 10 лет я занимался личными исследователями не только на поприще мистицизма и эпистемологии, но и в областях социальных. Например, пару лет я исследовал устройство и историю европейской (и не только) аристократии. Сергей же за последние 15 лет провел множество исследований на ниве вскрытия подповерхностных механизмов мира. Это были и исследования кредитно-экономического устройства мира, и работа по осмыслению ключевых моментов в политической истории, например "европейского чуда". Интересно было читать и его ежедневный комментарий по острым вопросам. Неким промежуточным итогом исследований Щеглова стала вышедшая в этом году в соавторстве с Михаилом Хазиным 600-страничная (без преувеличения весомая) книга "Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите". Издание более чем академическое. 118 источников в библиографии и 3 года работы, плюс то, чего не найти в академических источниках - разговоры о том, о чем действующему ученому говорить запрещено под страхом конца академической (и не только) карьеры, структурированные в цельную теорию власти.
Щеглов проделал действительно титаническую работу по изучению источников исследований по власти и политике за последние 2500 лет, вычленил достоинства и недостатки, недоговоренности, уязвимые места, зависимости от конкретных исторических обстоятельств в этих источниках Гоббса и Аристотеля, Арендт и Макиавелли, Квигли и Моски, Фуко и Миллса и многих других и сформировал собственную новаторскую теорию власти в сотрудничестве с практиком власти - бывшим сотрудником министерства экономики РФ и администрации президента РФ действительным государственным советником 3-го класса Михаилом Хазиным, известным своими зачастую радикальными высказываниями на политические и экономические темы. Разработанная Щегловым и Хазиным новая теория власти была успешно испытана на изученном для написания книги обширном материале. Были выявлены недоговоренности, недоработки, узкие места, ограничения прошлых работ (повторю, за 2500 лет).
Теория достаточно проста. И первая из двух частей книги посвящена ее изложению. Математическим выражением теории является теория графов (не титул, а математический элемент), который описывает структуру властных группировок. Подробно описаны извлеченные из теории и практики внутривластных взаимодействий законы функционирования властных группироков. Показаны их разные типы (основное деление по границе между монархическим и олигархическим типами). А во второй части (большей по объему) идет рассмотрение всего свода работ по политике и осмыслению проблемы власти, начиная от Аристотеля и заканчивая Нортом (21 век). И вот тут начинает немного пробирать от той дотошности и объема работы, с которыми Щеглов (хотя лично мне это было понятно и по предыдущим, меньшего масштаба, его исследованиям) 3 года проводил это исследование в процессе написания книги. Разобранные исследования авторов прошлого помещены в исторический контекст, вычленены их основные идеи, сформированы эволюционные тренды этих идей, указано на то, что в тех исследованиях отсутствовало, и показано, как новая теория власти закрывает эти белые пятна.
Некоторым не то что бы минусом, скорее невозможным к избеганию свойством книги является то, что, как, кстати, и все книги авторов прошлого, разобранные в "Лестнице в небо", эта книга является заложником одной концепции. И мне, как внимательному читателю Щеглова, видно, где во второй части Щеглов использует былые свои наработки по исследованию "европейского чуда", касающиеся рассмотрению институциональных явлений, - уровень, который является вышестоящим по отношению к уровню персонального взаимодействия, на котором построена новая теория властных группировок. Некоторые смыслы институционального подхода могут при этом теряться, если полностью подчинять их подходу властных группировок. Например, мне кажется, нельзя игнорировать содержание коллективного мышления групп людей, подчиняя их исключительно идеологиям внутренних и внешних сфер группировок власти. В этом смысле рескиниты (и даже мильнериты!) действительно были движимы смыслами своего сообщества, а не просто использовали их как идеологию для формирования властной группировки. Существующие в коллективном сознательном и бессознательном смыслы - тот движетель, который явился помимо географического фактора формирователем "европейского чуда". Более того, явно прослеживается и некая эволюционность, эквифинальность в истории властных группировок. Процесс их возможной (в случае развития "европейского чуда") все большей олигархизации, распространение европейских разработок на все большие слои общества, как мне видится, все более подчиняет новым законам общества и самую верхушку - олигархическую элиту, в то же время распространяя плоды этого процесса и на низы общества. Левиафан Гоббса как бы прорастает и в правящую верхушку общества, захватывает все общество целиком. Как было сказано в книге при анализе работ Моски, элита становится заложником разработанных ею идей. Таким образом, видно, что теория власти может иметь продолжение в развитии в теорию эволюции власти.
С другой стороны, возможны любые частные повороты истории и локальные события. И они направляются с уровня, напротив, не вышестоящего по отношению к уровню теории властных группироков, а с уровня нижестоящего, коим является уровень роли личности в истории. Он тоже имеет место быть и влиять на историю. Я полагаю, личность порой способна сделать разницу в ходе истории, пусть даже эта разница будет состоять в оттягивании момента наступления каких-то неизбежных исторических процессов. Эта созданная разница во времени может привести по эффекту бабочки к большим историческим последствиям в отдаленном будущем. В этом плане я вижу дополнением теории власти разработку влияния на теорию власти уровня личных историй и личности в истории. Конечно, этот уровень более субъективен. Он не может быть максимально объективно описан. Но как дополнение я учитываю и его. Поэтому помимо книги Щеглова и Хазина книгу Зыгаря "Вся кремлевская рать. Краткая история современной России", вышедшую в этом году, я тоже прочитал, как читал, например, по масонству не только предельно академический труд Пятигорского, но и другие, более локально-частные книги.
В заключение, могу поздравить Сергея Щеглова и Михаила Хазина, а также всех читателей, с прорывной работой актуальности мирового уровня и пожелать книге дальнейших переизданий, в том числе на иностранных языках. Приятно видеть, что эстафета разработки теории власти уже подхвачена. Например, этим занимается Максим Солохин (palaman).
PS
Первый тираж первого издания книги в 4000 экземпляра раскупается хорошо, так что встретить его в магазинах непросто. Есть в интернет-магазинах типа Озона. Ожидается электронная версия книги.

PPS
14.10.2016 эл. версия книги появилась в магазине Litres и на сайте Фонда экономических исследований Хазина.

Пасьянс познания

Объекты можно выделять разные. Для выделения объектов есть основания. Эти основания можно найти.
Что такое душа? И чем она отличается от Я и от личности? Что такое реальность? Чем она образуется? Что есть причина ума и материи? Что такое человек? А что такое вселенная? Что такое сознание? А бессознательное? Каким образом происходит восприятие мира? А творение мира? Чем рецепция отличается от перцепции? Как вся эта эпистемология замешивается в сложный пасьянс из большого числа объектов, какое место в нем занимают разум, а где место воли? А что может быть помимо души, Я, личности? Можно углубляться и в зависимости от варианта схемы находить новые объекты - можно найти тень или атман или точку сборки. Или помимо тела материального - тело сновидения и энергетическое тело. Или ка и ба. Или Бога. (Самые настырные могут найти еще и Демиурга(ов).)
Разные подходы дают разные схемы. Их можно даже попытаться чертить в виде чертежей.
Философия дает спектр воззрений, результатов работы философии. Пройдя от одного конца спектра философских воззрений до другого, можно смотреть, как изменяется пасьянс объектов, а порой даже некоторые объекты исчезают из схемы.
Наука - отличная от философии методология - подкидывает дров и новых мыслей в отношении к пасьянсу. На какой вариант схемы сделать ставку, какой отмести как иллюзорный, не приближающий к истине.
Мистика - зыбкая, но сурово вштыривающая штука, третья методология - накладывает на ансамбль схем мироздания еще одну полупрозрачную решетку, гася одни варианты, подчеркивая вероятность истинности других.
Задача одна - найти единственно верный вариант. Подозреваю, что каждому свой. Подозреваю, что почти никто ничего не найдет. Можно только надеяться, что есть, что искать. Слишком разные варианты схем раскладываются. И речь даже не об ошибках-иллюзиях типа солипсизма или его противоположности - материализма. Противоположности бывают и хуже и они не столь явно ошибочны как солипсизм или материализм - движения поиска выхода из сансары, самым радикальным из которых видится абсолютное освобождение, причем не мокша или радужное тело дзогчен, а именно в драматической и честнейшей проблематике именно Кастанеды как наконечника школы европейских мыслителей в лице Гуссерля, Витгенштейна и прочих, а противоположность этих поисков выхода из сансары - старый  индуизм с вечным и неизменным атманом, бесконечно воплощающимся, чтобы наслаждаться радостями и страданиями. Наличие столь радикально отличающихся воззрений на происходящее здесь и сейчас лично со мной (я акцентирую внимание на этом, на переживании реальности бытия и, простите за тавтологию, реальности реальности) не прибавляет оптимизма.

Объяснительная

Может показаться, что я пересказываю или интерпретирую свод знаний, созданный Кастанедой. Это понятно, упоминаю его я постоянно в этом блоге. Однако же в целом мое мировоззрение, итог наработок на текущий момент и по духу и по содержанию совершенно не схож с кастанедовскими. В чем-то, с какого-то бока похоже, но в целом, это что-то совсем другое.
Я знаю, что существующие в мире исследователи Кастанеды (речь о серьезных, а не о книжно-публикующихся) выдали бы вердикт полной ахинейности того, что я пишу, если держаться за Кастанеду как за некий канон.
Я подчеркиваю, то, что я пишу, никак не является пересказом или интерпретацией Кастанеды. Просто так сложилось, что свой заход я делаю через Кастанеду, мне удобно использовать некоторые его понятия, термины, наработки. Я был потрясен тем, что сделал этот человек, когда-то это так исторически сложилось в моей жизни.
Но на выходе, если сравнивать, то мое и его получается разным.